С этого времени я периодически захаживал к Марине


С этого времени я периодически захаживал к Марине. Она всегда была рада моему появлению, ничего не требовала, ничего не просила. Она просто дарила страстные ночи, смотрела на меня своими теплыми карими глазами, нежно держала за руку, говорила, что любит…. Это было лекарством от душевной боли, которую мне причиняла разлука с Олесей. Эгоистично? Может быть. О состоянии Маринки я тогда вообще не задумывался.

Время шло. Олеся приехала в середине июня. Она еще похорошела: стройная, статная, высокая с темно-русыми кудряшками, по-прежнему пахнущими яблоком и корицей. Сказала, что сессию сдала досрочно, что готова перевестись на заочное отделение. Я был счастлив. После работы, недавно меня приняли стажером в автомастерскую, я заходил за ней и мы бесцельно бродили по ночному городу. Она меня целовала то нежно, то со страстью, меня трясло от желания, но я ждал…

В ту ночь я проводил Лесю до калитки.

— Не хочу домой…. – Она прижалась ко мне всем телом, – Я….я …люблю тебя.

Леся завела меня во двор. Там, на траве, то ночным звездным небо произошло то, о чем я мечтал. Это было не удовлетворение животного инстинкта, как с Мариной. В тот момент я чувствовал себя счастливым. Я любил ее, она меня и этот момент стал незабываем….

— Слушай, Лесь, может подадим заявление? – я смотрел в ее зеленые глаза.

— Ты меня замуж зовешь? – Леся приподнялась и откинула назад свои длинные темные волосы. — Почему бы и нет! Давай осенью! Нужно родителям сообщить…

Жизнь текла своим чередом. Я не вспоминал о Марине. Совесть моя молчала. Вот только в середине августа от нее пришла СМС со следующим содержанием: «Я беременна. Срок 14 недель. Надеюсь, тебе не безразлична наша
судьба.» Мое состояние было близким к панике. Марина беременна! Работать я не мог. Голова кружилась, инструменты валились из рук.

— Шел бы ты домой! – на меня снисходительно смотрел Михалыч, начальник смены, — А то напортачишь еще, а мне потом расхлебывать.

Домой я не пошел, ноги само собой принесли к дому Олеси. Я видел ее в приоткрытые ворота, такую тоненькую, хрупкую, изящную в ярко-синем платье чуть ниже колен…. Ее кудряшки были собраны в тугую косу, и только на висках оставались забавные, милые завитки. Олеся развешивала белье во дворе и что-то напевала себе под нос, поэтому не сразу заметила мое появление.

— Киря, что-то случилось? Да на тебе лица нет!

— Лесь, тут такое дело…. Только выслушай меня до конца…Не перебивай, хорошо? – я опустил голову и начал рассказ.

Олеся слушала меня молча, кусая губы. Глаза заволокли слезы. Я видел, что ей больно, но молчать дальше просто не мог. Я клялся ей в любви, говорил, что буду помогать Марине если та надумает рожать. Я хотел прижать Олесю к себе, но она отстранила меня:

— Мне нужно подумать… Не звони мне сегодня…. Иди домой.

Леся проводила меня до ворот и снисходительно улыбнулась, а я тогда искренне поверил, что у нас все будет хорошо.

На следующий день я бежал к ней полный решимости и воодушевления. Отчего-то все мое сознание наполнила уверенность в том, что Олеся меня простила….

Дверь мне открыла Лесина бабушка.

— Уехала Леся, к родителям. Ступай с миром! – седая женщина укоризненно покачала головой – Забудь внучку.

Я пытался звонить, но монотонный женский голос неизменно повторял: «Абонент не отвечает или находится вне зоны действия сети». Я кричал в трубку, но этому голосу было плевать, что я чувствую и это бесило еще больше.

2165