Как женятся…


 

…Я, будучи молодым, говорю своему отцу: «Жени меня на ком-нибудь». Он так тогда обрадовался, ну, и спрашивает: «На ком? Повыше, пониже, светлая, темная…?» Я ему ответил: «Не важно, только бы вот ей было не меньше 85-ти лет, скорее умрет, я овдовею, да и в монастырь убегу». Он нашел мне «бабушку» 17-ти лет. И родители начали готовиться к свадьбе. Уже всё готовят: столы, украшения. А я своей невесте сказал тогда правду, что была на сердце: «Нас женят, скоро станем мужем и женой. Мне, наверное, тебе надо объясниться, сделать предложение. И, наверное, будет правильно объясниться в чувствах, но я этого никогда не делал. И я не могу врать, я должен сказать правду — я тебя не люблю. Но я тебя уважаю и думаю, у нас все получится, если будем стараться…»

Вот я дурак тогда был, не подумал. А ей это надо? И дальше говорю ей: «Вот я такой, какой я есть. В жизни больше, чем Господа, никого любить не буду, ты можешь быть на любом месте, но на первом будет Господь». Через много лет, она мне рассказала, что в тот момент она хотела «сквозь землю провалиться». И пришел день, когда меня расчесали, одели, кольца в зубы, в машину посадили, невесту выкупили, иконы впереди, и мы идем в церковь пешком. А в церкви была служба и люди знали, что я буду венчаться (я тогда там был алтарником), и пришло около тысячи человек.
Батюшка встретил нас, забили колокола, и тогда я понял, что все серьезно. Батюшка завел нас в церковь и тут возглас: «Благословен Бог Наш…» Я её тут же из рук выпустил, молиться же надо, я же «праведный», нос вниз, руки по швам, все, я молюсь! Венчаемся то один раз, ничего пропустить нельзя, чтобы все в голову легло, а оттуда в сердце, открылся для Господа весь… Идет Таинство и в какой-то момент произошло то, что мне трудно передать словами. Это как ночное небо и вспышка молнии. Вот и здесь так, как вспышка Святого Духа, и все стало понятно. Что понятно? Что мы теперь семья! Она, к сожалению, не мужчина, мужчина я. Я — глава семьи, на мне ответственность лежит. Я долг на себя взял, настоящий мужской. А что в семье главное? Любовь. Значит, чтобы моя жена была счастливая, нужно любить ее. И это тогда был не ход мыслей — озарило и все.

А потом… А потом была жизнь. Мне было нелегко ее полюбить. Понадобилось восемь месяцев мук, усилий, молитв, чтобы Господь разогрел сердце. И через восемь месяцев я объяснился не девушке, а своей законной беременной жене в своих чувствах. Второй раз — через пять месяцев, третий — через три, четвертый — через месяц, а на сегодняшний день — в сутки раз 85, примерно. И что интересно. Вот сидим, недавно, и она говорит мне: «Ты на меня странно смотришь». А я ей отвечаю: «Вот тебе уже 50 подходит, ты стала другая, кожа, лицо, глаза, ты стареешь. Почему я тебя люблю все сильнее и сильнее?!» И горит так, что грудь распирает. Почему? А я не хотел этого, я с этим боролся, это было чужое для меня, но Дух Святой в таинстве Венчания раскрылся и озарил, как молнией.
Я с улыбкой вспоминаю, как сидим с сыновьями (старшему тогда семь лет, младшему четыре), смотрим свадебные фотографии, а жена при этом занавески шьет. Она их повесила так красиво, я говорю ей: «Умница ты у меня какая». И говорю: «Парни, вот себе какую жену ищите на будущую жизнь». Старший встал, махнул рукой, вздохнул и говорит: «Эх, такую не найдем». А второй говорит: «Найдем, только фотографию взять надо». Нашли сейчас свою любовь. А заразились любовью ещё в семье. И это главное. Любовь — самое главное.

прот. Владимир Головин, на фото — его свадьба

1677