Работаю в отделении патологии новорожденных детей уже почти 15 лет

Работаю в отделении патологии новорожденных детей уже почти 15 лет

Работаю в отделении патологии новорожденных детей уже почти 15 лет

Работаю в отделении патологии новорожденных детей уже почти 15 лет . Это такое отделение, куда, прямо из роддома, привозят детей, родившихся больными, но не требующих реанимации (дышать могут сами и сердце бьётся без аппаратов). Деток благополучно выхаживали (в большинстве), но, вместе с детками в отделение поступали мамы, и начинался треш…
Вот моя любимая история:
Для мам, которые кормят детей сцеженым молоком, есть в отделении специальная комната, где можно сцедиться, и есть печка с водяной баней, на которой можно подогреть молоко. Стоят мамочки возле этой печки, тут протискивается одна и плюхает в кастрюльку… пол-литровую банку с гречкой и куриной ножкой! Ей медсестра: «мамочка, это кастрюлька для разогрева детского молочка, сюда взрослую еду нельзя». Мама в ответ : «так это как раз для ребёнка!»
Мы офонарели: «кастрюлька…бутылочка…молочко…сосочка…кормление…»
Мама, авторитетно: «та шо ото молочко, попил-пописал. Мужику уже четыре дня, надо ж нормальную еду есть!»

Другая история. Приходят в отделение бабушка с дедушкой, проведать маму и малыша. А их без сменной обуви и халатов, вот неожиданность, не пускают. Мама просит у врача разрешения вынести ребёнка в коридор и показать родне. Врач разрешает, но с уточнением: так, как у ребёнка отит, шапочкой или косыночкой прикрыть ушки. Мама шапочку не нашла, косынку из пеленки сделать не сумела, медсестру позвать не додумалась, но изобретательно вышла из положения:
Представьте, бежит мамаша по коридору, оттопырив локти и воткнув указательные пальцы в уши недельного ребёнка, который на этих пальцах в ушах и болтается. Бежит и орёт: «смотрите скорее, а то долго не удержу!»