На одной из улиц, по которой я ежедневно кручу педали на работу, есть дом с кошками

На одной из улиц, по которой я ежедневно кручу педали на работу, есть дом с кошками
На одной из улиц, по которой я ежедневно кручу педали на работу, есть дом с кошками
На одной из улиц, по которой я ежедневно кручу педали на работу, есть дом с кошками. Они живут в подвале, выбираются на тротуар через вентиляционную дырку – там стоит пластиковая миска, кто-то их кормит. Сегодня еду – навстречу бежит котенок. Подросток – лапы длинные, ломкие, весь несуразный, как портовый кран, ухо покусано. Шпана, в общем. Бежит непосредственно ко мне и бодро так:

– Мя! Мя!

Слов не разобрать, но по интонации совершенно отчетливо читается:

– Дядь, а, дядь! А пойдем со мной.

– Привет. Тебе чего? – спрашиваю.

– Пошли, сейчас покажу.

Разворачивается, бежит впереди меня, показывает дорогу, иногда оглядывается:

– Давай, давай, тут недалеко.

Возле своей квадратной норы останавливается и лапой (!) показывает вверх:

– Вот, смотри. Достань мне, а?

Гляжу, а на кирпичном выступе стены в метре от асфальта лежит килька. Одна. Кто-то, похоже, из окна сверху бросил горсть – остальное уже съедено, а эта вот не долетела, застряла.

– Не вопрос, – говорю, – держи.

Снимаю кильку, бросаю в миску. Шпаненок тут же начинает есть. Протягиваю руку, чтобы погладить, он отстраняется:

– Не, руками не надо. Не люблю.

– Ну, бывай тогда.

Сажусь на велик, трогаюсь, и уже за спиной слышу короткое:

– Мя!

– Не за что.